- В глазах таких христиан, вероятно, мир может быть только статичным, неизменным. Творить мир, органично изменяя его, например, через эволюцию, они считают непозволительным никому, даже Вседержителю. И все же незнание реального состояния науки не менее опасно, чем незнание богословия. В церковных лавках по всей стране продается несколько изданий безграмотного опуса «Общая биология: Учебник для 10-11 кл. общеобразовательных учреждений с преподаванием биологии на православной основе» и других подобных сочинений. Но то, с чем сражаются «научные креационисты» о.Константин Буфеев, о.Тимофей Алферов, Сергей Вертьянов, не есть наука. Они сражаются с химерой, которую сами и придумали. А православие – религия умных людей.
- Сторонники креоционистской теории считают обязательным буквальное прочтение книги Бытия. Они утверждают, что «мир сотворен за шесть астрономических, современных календарных дней и, примерно, 7,5 тыс. лет назад». Как вы относитесь к такой точке зрения?
Как определяют возраст археологических находок?
- Хейердал – человек умный и симпатичный. Но все, что он сделал, – это предложил очередную гипотезу. Показал, что на таком-то плавательном средстве можно преодолеть океан в определенном направлении. Но ведь на том же транспортном средстве можно двигаться и в другом направлении. Этот же океан можно пересечь и на другого типа лодке – что это доказывает или опровергает? С точки зрения науки – ничего. Суть эксперимента – это, чаще всего, опровержение какой-либо гипотезы. Классический пример: преступник утверждает, что проник в помещение через форточку. Его просят повторить то, что он сделал, а он повторить не может – он толстенький, а форточка маленькая. Опровержение экспериментом – один из наиболее корректных путей познания. В эксперименте проверяются все имеющиеся версии, причем комплексно. В раскопках палеолитических памятников участвует множество специалистов: геологи, палеоботаники, зоологи, почвоведы, геофизики, специалисты по радиоуглеродному, палеомагнитному, стратиграфическому датированию… По принципу бритвы Оккама, мы отрезаем все лишнее и оставляем наиболее вероятное. Но и это – не стопроцентное доказательство. Эксперимент в археологии дает возможность найти наиболее вероятный, но не единственный ответ.
- Чем отличается корректная реконструкция от некорректной? Вы и про известного путешественника Тура Хейердала пишите, что он сделал некорректный вывод из своего эксперимента…
- Что касается внешнего вида, это вопрос не ко мне, к антропологам. Они по черепам делают реконструкцию облика человека. Но то, что за пятьдесят лет они этот облик многократно меняли, уже говорит о том, что их методы не очень совершенны. Я в своих книгах говорю не о внешнем облике древнего человека, а как бы о внутреннем облике, о его способностях, интеллектуальном потенциале. У нас нет оснований считать наших предков внешне непривлекательными, недоразвитыми людьми. В школьных учебниках, как и во многих энциклопедиях и музеях, чтобы показать лица наших далеких предков, часто используют иллюстрации Зденека Буриана. Он считал свои художественные работы научной реконструкцией, но к науке его труды отношения не имеют.
- Просто экологический курорт – при некоторой доле смекалки. Но рисунки в учебниках и в книгах об эволюции изображают людей каменного века в виде малоинтеллектуальных субъектов – с выпяченной челюстью, скошенным лбом. Эти реконструкции не соответствуют действительности?
— Житейские трудности наших предков сильно преувеличены. В археологии нет прямых доказательств того, что человек часто голодал или питался некачественными продуктами: кушал, например, дохлых мамонтов или подбирал то, что недоели сильные дикие хищники. Археологам удается достаточно точно определить реальный состав продуктов, съедавшихся людьми во времена палеолита. Мясное меню наших предков выглядит совсем неплохо. Практически все места обитания человека в эпоху палеолита располагаются в местах простой и необременительной охоты. Беготня с копьем – занятие увлекательное, но энергоемкое. Много пользы оно не принесет. Если вы рассчитываете сделать мясной рацион основой пропитания для себя и своих близких, то есть резон поискать места для охоты особо удачливые. Таких мест было достаточно. В далеком прошлом, например, юг Западной Сибири периодически напоминал современную африканскую саванну. Здесь собирались огромные стада крупных животных. Для того чтобы не погибнуть от голода, им необходимо было постоянно передвигаться в поисках пищи. Алтайские горы скалисты, а речные долины редко бывают широкими. В одном из тесных «коридоров» на пути миграции животных расположена и знаменитая Денисова пещера. Люди почти непрерывно обитали в этом месте со времен сказочно древних. (В наше время Денисова пещера раскапывается настолько профессионально, что стала своего рода эталоном, опорным памятником для изучения палеолита всей Евразии.). В палеолите люди селились именно в таких местах. Представьте: выходите вы утром из теплой, сухой, просторной пещеры, а мимо, по ущелью, беспрерывно перетекают табуны лошадей, стада оленей, даже носороги... Жизнь возле пещеры была подобна жизни в супермаркете. Есть что выбрать, главное – не суетиться. Места особенно стабильной охоты, конечно, редкость. Но не такая уж и большая. Часто люди селились на берегах небольших рек в тех местах, где они впадают в реку более полноводную. Кроме хорошей рыбалки, здесь можно попробовать перегородить засекой устье речной долины. Если склоны гор достаточно высоки, то невысокий «забор» из поваленных деревьев и кустарника отсечет всех оставшихся в ущелье животных (дикие звери не любят перелезать через препятствия — медведь не полезет даже через поваленное дерево, он предпочтет или искать обходной путь или вернуться назад. Современные охотники этим часто пользуются.) Это «припас» для охоты, например, зимой. В долину, по мере необходимости, можно ходить за провиантом, как в заказник.
- Обычно человека палеолита представляют измученным, полуголодным существом, озабоченным необходимостью непрерывно добывать где-то пищу…
Криминалистика в археологии
- Есть поговорка: археологических находок нет там, где нет археологов. Куда только археолога ни пусти — везде что-нибудь найдет. Я побывал в разных местах — от Камчатки до Бордо, от Обской Губы до Кушки. Везде, куда меня ни заносила судьба, всегда что-нибудь находилось. Специфика работы такая. Я экспериментатор, моя профессия не предполагает копания. Я эксперт — поэтому и попутешествовал, и посмотрел достаточно большое количество материала. Обычно у археолога узкая специализация, жизнь заставляет его многие годы торчать в каком-нибудь маленьком урочище на дне будущего водохранилища. Он вынужден всю жизнь заниматься своим маленьким кусочком мировой истории и часто не имеет возможность посмотреть шире. А у меня получилось так, Господь сподобил, что я ездил по разным местам, видел разные археологические памятники. Вот в Африке не был, как-то не получилось. Но боюсь, не только у меня это не получается, по странным обстоятельствам. В Восточной Африке, в так называемой «колыбели человечества» почти полвека работает только одна экспедиция – семейство Лики (знаменитые кенийские антропологи и археологи – ред. ) и их единомышленники. Для всех других эта территория практически закрыта.
- Где удалось побывать с археологическими экспедициями?
- «Бугровщики» жили, в основном, на Среднем Енисее. У нас тут, около Новосибирска, нет заметных курганов, их сложно искать. А там все курганы на поверхности, легко обнаруживаются, классифицируются. В них было много золота, люди жили богато. А мои предки из Европы, Кавказа и Дальнего Востока. В Новосибирске мои родные оказались после войны. Археологию я выбрал как убежище. Когда я начинал учиться, археология была такой маленькой нишей, куда можно было спрятаться от пролетарской идеологии. Хотя… был бы я поумнее — занялся бы техническими вещами, заработал бы себе денег, стал бы независимым человеком и занимался бы сейчас… археологией.
- В своей книге «От Адама до Ноя. Археология для православных» вы упоминаете сибирские деревни 19 в., жители которых – «бугровщики» – промышляли исключительно раскопками. Вы родом не из этих деревень? Как пришли в археологию?
- Я не понимаю, как археология может опровергать существование Бога. Разве что на уровне: «Терешкова в космос летала и Бога не видела». Да, происходит эволюция. Мир меняется. В том числе – и у нас на глазах. Характер меняется, люди. Мы меняемся… я надеюсь, к лучшему. Животные приспосабливаются, мы приспосабливаемся. И это опровергает все богословие, что ли? В Палеонтологическом институте в Москве биолог с мировым именем Александр Каренович Агаджанян, человек энциклопедически образованный, в одном из залов продемонстрировал мне как-то схему эволюции жизни на планете. Нетрудно было заметить, что определенные виды появились, можно сказать, ниоткуда – кембрийский взрыв. Наука дает нам, по сути, картину творения. Мы это творение изучаем своими методами, и не более того. Как мы можем опровергать существование Творца, либо его подтверждать? Мы просто изучаем данное нам. А вот что при этом мы думаем – уже личное дело каждого. Перед человеком всегда был и стоит выбор… как в жизни, в науке, так и в вопросах веры. Вера строится не на критике и не на апологетике. Человек приходит в храм совсем не потому, что его убедили: он не «произошел от обезьяны». Все иначе. Просвещает нас не наука, но Свет Христов.
- Ваш оппонент пишет, что археология палеолита (т.е. периода истории от 1-го млн. до 10 тыс. лет до н.э.) опровергает библейскую хронологию и доказывает правоту атеистической точки зрения…
В научном сообществе археолога Павла Волкова признают уникальным специалистом по экспериментальной археологии. Но при этом один из его коллег-атеистов пишет о нем так: «истово верующий археолог, да еще палеолитчик – феномен парадоксальный, потому что археология палеолита – одна из самых главных опор атеистического мировоззрения». С парадоксальным новосибирским ученым, автором недавно вышедшей книги «От Адама до Ноя. Археология для православных» Павлом ВОЛКОВЫМ встретился корреспондент «НС».
«А ВЫ САМИ ПОПРОБУЙТЕ СДЕЛАТЬ КАМЕННЫЙ ТОПОР!»
ВОЛКОВ Павел Владимирович ( род. 1956) Павел Владимирович Волков родился в 1956 г. в г.Новосибирске. Окончил Новосибирский государственный университет. Работает в Институте археологии и этнографии Сибирского отделения РАН. Ведущий научный сотрудник, доктор исторических наук. Публикаций около 180, в том числе несколько монографий, а также публицистическая книга «От Адама до Ноя. Археология для православных».Павел Владимирович ВОЛКОВ: интервьюПавел Владимирович ВОЛКОВ (род. 1956) – археолог, доктор исторических наук
Павел Владимирович ВОЛКОВ
Комментариев нет:
Отправить комментарий